Начало фильма чрезвычайно любопытно.
На остров Саммерайсл прибывает сержант Хоуи, дабы узнать о местонахождении некоей Руэн Моррисон, девочки о пропаже которой сообщалось в письме, отправленном с острова сержанту Хоуи. Саммерайсл герметичен, закрыт от остального мира, - попасть на него можно только по воздуху, при том, имея разрешение, или доплыть до него по морю.
Хоуи на берегу встречают добрые старики, как позже выяснится, завсегдатаи таверны. Уже с этих кадров видно особое расположение к пришельцу с большой земли островитян. Никто не видел никогда никакой Руэн Моррисон, однако, как сообщают "пенсионеры", женщина по фамилии Моррисон действительно живет в городке, и сержанту ничего не остается делать пойти на ее поиски.
Прежде чем перейти в ее магазинчик, давайте обратим внимание на то, насколько интересно складывается встреча полицейского-христианина и островитян-язычников. Христианин ведет себя, как это ему и подобает, чрезвычайно высокомерно и "официально". На какую помощь он рассчитывает не понятно, потому что, язычники не знают законов его мира, задавая прямой вопрос, он рассчитывает получить прямой же ответ. Однако, языческое мировоззрение считает, что кротчайший путь - это не прямая, но кривая, либо же лабиринтообразная линия. Поэтому, попадая на остров, Хоуи попадает в лабиринт, из которого, - выберется ли, - об этом узнаем в конце фильма.
 |
| В чужой монастырь со своим уставом... |
Как можно было догадаться, миссис Моррисон также не знает, кто изображен на фотографии, в доказательство этого, она показывает Хоуи свою дочь. Однако дочурка говорит, что знает, где Руэн. Руэн бегает в полях и отлично проводит время. На вопрос, успеет ли она вернуться к чаю, девочка удивляется глупости Хоуи:
"Зайцы не пьют чай, глупый!". Очень даже пьют! Мартовский заяц (которого, как позже заметит Лорд Саммерайсл, очень любила Руэн) вместе с Безумным Шляпником постоянно пьют чай в "Приключениях Алисы в Стране Чудес" Льюиса Кэрролла. Хоуи, как христианину, простительно такое незнание.
Сержант идет в таверну в надежде поужинать и взять комнату на ночь. В таверне его ждут неодобрительные взгляды тамошней публики, но главное - незабываемое представление:
после знакомства с хозяином таверны Макгрегором и его очаровательно дочерью Уиллоу, посетители таверны начинают петь песню и пританцовывать. Песня начинается так:
"Много было сказано о проститутках в старину,
молодых девках и распутницах,
но я спою о потаскухе,
которую мы все обожаем -
*весь трактир хором:
о дочери трактирщика!..."
По лбу Хоуи стекает ручеек пота. Возможно ли это?! В присутствии хозяина трактира и его дочери петь такие пошлости?! Для язычества - запросто. Дальше - больше.
Хоуи садится ужинать, и ему подают суп, картофель и бирюзового вида бобы, что вызывает его справедливое возмущение. Уиллоу охлаждает пыл сержанта:
"Некоторые вещи в их естественном состоянии имеют очень яркие цвета".
На десерт Хоуи просит яблок, которыми столь знаменит Саммерайсл, но в ответ слышит, что яблок нет, дескать, все они идут на эскпорт. Еще не хватало, чтобы христианину давали на десерт яблоко.
На сон грядущий Хоуи решает прогуляться и подышать свежим воздухом. Но не успевает он сделать и пару шагов на выходе из трактира, как замечает, что на лужайке перед оным, разбившись по парочкам, предаются эротическим утехам жители Саммерайсла. Сержант в гневе врывается обратно в трактир, расталкивает посетителей и говорит что-то задушевное на тему морали... Остывший, он поднимается наверх и расстилает постель.
Но тут начинается самое интересное.
Лорд Саммерайсл приводит молодого человека под окна комнаты Уиллоу (которая находится через стенку от комнаты Хоуи) и отдает его в ее распоряжение.
После этого слышатся охи и стоны, сопровождающиеся замечательной неофолковой музыкой (написанной специально для фильма Полом Джованни), которые долго не дают заснуть Хоуи.
 |
| Потрясающая по сексуальному напряжению сцена с Бритт Экланд |
Сейчас стоит остановится и сказать пару слов о языческой эротике.
В языческих религиях генитальная девственность не ставилась ни во что. Это сейчас женщиной называют девушку, расставшуюся с девственностью. Древним народом и в голову такое бы не пришло. "Женщиной" там становились, выходя замуж или отдавая свои волосы в дар богам. И уж тем более женщинам не приходило в голову брать деньги за свои услуги. За это следовало суровой наказание вплоть до лишения жизни. Брать деньги за эротические утехи значит оскорблять богов. В фильме Лорд Саммерайсл (роль которого исполняет Кристофер Ли, и исполняет, кстати, блестяще и... бесплатно!) называет Уиллоу Афродитой, что, конечно, звучит как лесть, но нам-то ясно, жрицей кого была Уиллоу.
Христианское отвращение к языческим оргиям понятно: христианство представляет из себя жесткий патриархат, и ни в какой религии женщина не знала столько гонений, коим подвергалась в христианстве. На острове Саммерайсл царит матриархат, и к женщине там отношение, мягко говоря, иное, нежели в христианстве.
Проснувшись, сержант Хоуи держит путь к школе острова Саммерайсл. На подходе к школе он замечает любопытное действо. Мальчишки кружат хоровод вокруг высокого столба, взявшись за ленты, привязанные к его вершине. Как позже поясняет мисс Роуз, школьный учитель, столб символизирует древо-фалос (ленты очевидно символизируют семя растекающееся от его вершины).
 |
Кто убил Лору Палмер
Руэн Моррисон? |
В школе Хоуи узнает, что Руэн мертва. Интересно заметить, как именно эту мысль подала мисс Роуз. В религии острова Саммерайсл, как и в древнегреческой религии никто не знает слова "смерть". Оно попросту отсутствует в лексиконе. "Мы верим, что когда человеческая жизнь кончается, душа возвращается в деревья, воду, огонь, воздух...".
На кладбище Хоуи встречается интересная дама, кормящая грудью ребенку. А интересна она тем, что в левой руке держит куриное яйцо. Я не слышал о таких практиках, но очевидно яйцо выступает здесь как языческий символ рождения (кстати говоря крашенные пасхальные яйца имеют тот же самый символизм, правда, христиан это не смущает).
Еще один символ рождения - пуповина привязана к рябине (англ. "Rowan", - Руэн), растущей на могиле Руэн Моррисон.
Фильм снят превосходно не только реалистичной "языческой" игрой актеров, но и тем, что ни минуты там не теряется атмосфера подлинного языческого безумия.
После кладбища сержант отправляется узнать у Мэй Моррисон... непонятно что, так как после сцены в которой она своей дочурке засовывает лягушку в рот, чтобы боль в горле девочки перешла к лягушке, только и может выговорить: "Похоже вы тут все рехнулись".
Лечение горла засовыванием в рот лягушке имеет явно магический оттенок. Еще Агриппа Неттесгеймский писал в своей "Тайной Философии", что например, сапфир лечит лихорадку и глазные болезни. Согласно Галену врач не должен лечить, а лишь способствовать животворящей силе души. Язычники не лечат болезнь, ибо болезнь не возможно вылечить. Ее можно только обмануть и она отступит. Мэй Моррисон обманула болезнь, подсунув ей лягушку, на которую та купилась.
Поэтому дальнейший эпизод с доктором более чем закономерен в своей длительности.
Отправляясь в резиденцию Лорда Саммерайсла, Хоуи наблюдает еще одну замечательную сцену. Молодые нагие девушки танцует вокруг ритуального костра, после чего прыгают через него. Руководит процессией мисс Роуз, облаченное в белое платье с вышитым солнцем на груди.
Ритуал приводит в бешенство Хоуи и при встрече он обрушивает свой гнев на Лорда Саммерайсла. Лорд невозмутим. "Они прыгают через костер в надежде быть оплодотворены Богом Огня". Образования Хоуи не хватает, чтобы понять, что Бог Огня, он же, Бог Солнца и Бог Света - это одно лицо, получившее в христианстве имя "Люцифер". "Ты создал меня из огня...", - говорит Иблис в Коране, обращаясь к Аллаху.
Заместо этого Хоуи восклицает:
"Как такое возможно?! Чему вы учите детей - оплодотворению без полового акта?! Они слышали об Иисусе?".
"Он был зачат Святым Духом, я верю" - парирует Саммерайсл.
 |
| Блистательный Лорд Саммерайсл |
Поиски Руэн не прекращаются и Хоуи, разрыв могилу открывает крышку гроба покойной Моррисон, но обнаруживает там... зайца. Разгневанный христианин собирается было отправится на большую землю, дабы сообщить о безумном острове, но его самолет не заводится.
Хоуи придется остаться на празднование 1-го мая.
1-ое мая это, конечно, дата сакральная, недаром она была взята на вооружение коммунистами как красный день календаря.
Празднование начинается для Хоуи с обыска домов островитян. Это самый смешной эпизод во всем фильме - Эдвард Вудворд потрясающ в своей нелепости (надо видеть его лицо, когда он вламывается в комнату, в которой в тазу лежит голая тетка).
Хоуи решается на серьезный шаг: скручивает трактирщика и наряжается в его костюм "Дурака".
Вся церемония праздненства движется по городу в направлении того самого ритуального места, в котором танцевали голые девицы (кстати очень похожего на Стоунхендж). Там проходит еще один забавный ритуал: три мужчины скрещивают свои мечи в форме "магендавида" и все участники процессии проходят под мечами, рискуя расстаться с собственными головами.
Чем ближе к концу фильма - тем ближе к концу карнавала. Языческая Традиция, сама по себе, - это карнавал. Один большой человеческий карнавал. И в этом карнавале каждому отведена роль, которую он должен отыграть до конца, сойдя со сцены только в конце своей жизни. Ибо весь мир - театр.
В этом карнавале Хоуи достается роль Дурака. Дурак - это вам не Шут. Дурак - фигура менее трагичная. Трагедия подразумевает жалость к персонажу. Жалости к Дураку не может быть никакой. Дурак - это потенциальная жертва, козел отпущения. Всю дорогу над ним издеваются три девушки, щиплющие его деревянными прищепками.
 |
| Great party, isn't it? |
Наконец, праздник подошел к своей кульминации. То напряжение, которое к концу фильма сумел создать Робин Харди достойно восхищения.
Разоблаченного Хоуи раздевают и приготавливают к последнему ритуалу.
Самым потрясающим моментом в фильме, точкой невозврата, после которой фильм превращается из детективной абсурдной комедии в подлинный триллер и даже фильм ужасов, является секундная сцена, когда Хоуи выводят на холм, он поднимает глаза и видит Плетеного Человека. После этого автору этих строк стало явно не до смеха. Улыбки исчезли и с лиц островитян.
Сержант Хоуи был тщательно отобран для жертвоприношения в честь неурожая Саммерайсла.
Сержант богобоязненный христианин, служитель закона, и, что немаловажно, девственник.
Девственность в древних культурах была синонимом бессмертия. Как уже было сказано, генитальная девственность не ставилась язычниками ни во что. Хоуи помазали как короля, фигуру сакральную и чистую. Король-солнце должен будет сгореть во славу Бога-Солнца, дабы год стал урожайным, осуществляя связь между жертвоприношением и оплодотворением.
Далее следует полное безумие, о котором прилично будет умолчать.
Фильм Робина Харди (который не снял больше ничего интересного) с Эдвардом Вудвордом в главной роли (который также не сыграл больше ни одной значимой роли) стал культом для искушенной в языческом символизме публике и понравился как зрителям так и кинокритикам, увидевшим в нем лучший фильм ужасов 1973 года (воистину - только христиане додумались дать такую награду такому фильму!). Ни до, ни после него не было снято ничего настолько точно и атмосферно отражающего языческую традицию. Все лживые фильмы о Древнем Риме и Греции, Египте и Вавилоне выглядят просто смешно и нелепо на фоне бурной жизни острова Саммерайсл, затерявшегося где-то в западной части Шотландии.
Каждый, кто хочет прикоснуться к манящей магии язычества, столь близкой и столь далекой, будет вновь и вновь возвращаться к этому фильму, как к одной из самых прекрасных и безумных работ в истории кинематографа.
